Дело ОПГ Юрия Пичугина: без коррупционных связей, конспирации, дисциплины и территории

Дело ОПГ Юрия Пичугина: без коррупционных связей, конспирации, дисциплины и территории
Дело ОПГ Юрия Пичугина: без коррупционных связей, конспирации, дисциплины и территории

В Верховном суде Коми с участием присяжных заседателей продолжаются слушания по делу ОПГ Юрия Пичугина.

Об этом сообщает Компромат СНГ

Адвокат Васильев, защищающий главного обвиняемого, отрицает существование преступной группировки, наличии у подсудимых коррупционных связей, соблюдение ими конспирации, наличие в группировке иерархии, следование строгой дисциплине , а также «территориальность» деятельности ОПГ.

БНК приводит доводы защитника.

Без чиновников и силовиков

Касаясь коррупционных связей подсудимых, защитник Пичугина заявил:

Новости по теме:"Червячки" Зеленина всплыли у его партнёров

- В обвинении утверждается, что «пичугинские» имели коррупционные связи в органах власти и силовых ведомствах. Вы видите на скамье подсудимых кого-то из силовиков или чиновников? Их там нет. Потому что все эти громкие заявления есть не более чем фантазии, слухи и сплетни. У нас тут [в ходе слушаний по делу] упоминали то бывшего мэра Усинска, то начальника тамошнего ОВД Завьялова, со слов свидетеля М. (названа фамилия здесь и ниже), то начальника СИЗО-1 Рожкова, с которым якобы контактировал Азизов уже со слов свидетеля С., то просто неких неназываемых силовиков. Но факт остается фактом: на скамье подсудимых нет ни чиновников, ни сотрудников правоохранительных органов. Только два силовика, которого мы здесь видели, это — бывшие сотрудники полиции [Григорий] Модянов и [Анатолий] Кривошапкин. Да и этот эпизод при ближайшем рассмотрении не выдерживает никакой критики, – сделал оговорку Александр Васильев.

Адвокат иронизировал над утверждением стороны обвинения, что в группировке соблюдалась конспирация:

- Кое-как с грехом пополам прокуроры смогли «выжать» из свидетеля М. упоминание неких конспиративных телефонов. Этот свидетель договорился до того, что Пичугин заставил его завести конспиративный телефон для того, чтобы предупреждать М. о том, когда он, Пичугин, приезжает в Сыктывкар, чтобы М. мог его на машине встретить. Получается, что конспиративный телефон был нужен, чтобы время приезда согласовывать. Я даже готов допустить, что такое действительно имело место. С учетом крайне навязчивого внимания к Пичугину со стороны правоохранительных органов Коми вряд ли Пичугину хотелось, каждый раз приехав в Сыктывкар навестить родителей или друзей, принимать оперов с обысками и давать объяснения о цели визита.

По словам Васильева, другой свидетель К. тоже упоминал, что некоторые из его знакомых по Сыктывкару заводили себе телефоны, оформленные на других людей. Но при этом он сказал, что такие телефоны себе делали те, кто хотел, а кто не хотел — тот не делал.

- Получается, что никакой общей конспирации и в этом отношении не было. При этом назвать тех подсудимых, у которых он такие телефоны видел, свидетель К. не смог, – подчеркнул адвокат.

Выступающий признался, что после вступления в силу закона Яровой, который обязал записывать и телефонные разговоры и интернет-трафик, он и сам использует телефон, чтобы только договориться о встрече или поздравить кого-нибудь с днём рождения.

- Кто его знает, как приватно могут быть истолкованы мои разговоры с подзащитными или со знакомыми. Таким образом, лично для меня нет ничего удивительного, что и на «прослушках» телефонных переговоров подсудимые очень часто обрывают разговор с мотивом — при встрече переговорим, – объяснил Александр Васильев.

По словам защитника, следователь безосновательно и бездоказательно приписал Пичугину пользование более десяти телефонными номерами.

Главное – конспирация

- Следователь умышленно вносит в протокол осмотра те сведения, которые на самом деле в осматриваемой информации отсутствовали. И я не могу расценивать эти нововведения иначе как умышленную и циничную попытку обмануть суд. Не пользовался Пичугин теми номерами, которые ему приписали. Это — факт! И доказать обратное ни следователи, ни прокуроры не смогли. Вот и пошли на явный подлог в надежде, что вы [присяжные заседатели] на него внимания не обратите, — заявил адвокат и перешел к другой теме. — Ещё одним элементом конспирации гособвинение объявляет наличие у некоторых подсудимых прозвищ или кличек. Да, тут не поспоришь. Ведь это ж ни один разведчик не догадается, что Кирсей- это Кирсеев, а Солдат — Солдатов.

Не согласен защитник и с утверждением следствия об имевшейся в группировке системе противодействия правоохранительным органам.

Новости по теме:УССлышать и не уйти

- В обвинении написано: «…в случае задержания, привлечения к уголовной ответственности участников преступного сообщества обеспечение им помощи, направленной на поддержание заранее разработанной формы поведения, предполагающей отрицание факта знакомства между участниками преступного сообщества (преступной организации) и самого его существования, категорическое отрицание причастности к совершенным преступлениям».

Почему-то государственное обвинение считает, что отрицать между собой знакомство и свою вину могут только реально виновные в совершении преступлений подсудимые. Я, например, тоже до вступления в дело в 2019 году не знал никого из подсудимых, в том числе и Пичугина, и тоже не совершал совместно с ними ни одного из преступлений. По такой логике получается, что и я тоже преступник. А вот другой вопрос: а если подсудимый признает свою вину, то по логике прокуроров он — не виновен и подлежит освобождению? Что-то я не вижу реализации этого принципа например в отношении [подсудимого Леонида] Иванова или [подсудимого Сергея] Насонова.

Защитник признал, что ряд свидетелей обвинения и прежде всего «досудебщик» М. заявляет, что в группировке была строжайшая дисциплина, за нарушение которой могли и денег потребовать, и покалечить, и убить.

- Но что на самом деле? Давайте вспомним конкретные примеры. Свидетель В. (была названа фамилия бывшего «смотрящего») якобы дал показания на кого-то из своих подельников. Что же с ним сделали? Избили? Убили? Да нет, просто перестали с ним общаться. Правда, обвинение настаивает, что его выгнали из группировки. Свидетель С., тоже бывший «смотрящий», якобы продал оружие, что запрещено воровскими понятиями. Наказание? Да то же самое — с ним тоже перестали общаться. Свидетель Л., бывший «смотрящий» по Котласу.

Так вот, по показаниям свидетеля Ф., Л., говоря проще, проворовался, собирая деньги в «общак». Что с ним сделали? Просто сняли со «смотрящих» и все. Свидетель Е. заявил, что растратил деньги, которые собирали «на черное». Что в итоге? Да ничего плохого с ним не произошло. Насонов давал показания на Минина. И что? И ничего, даже из ОПСа не выгнали. А может просто не откуда было выгонять?

Защитник напомнил про «прослушки» разговоров подсудимого Сергея Вануйто.

- К нему обращались по самым разным вопросам и в том числе по вопросам неподобающего поведения отдельных арестантов. Какие же наказания для них были предусмотрены? Да те же самые, максимум «загнать в шерсть», что, переводя на человеческий язык, означало, что с этим человеком прекращали контактировать те, кто считал себя порядочным арестантом. Ни избиений, ни убийств.

Защитник поставил под сомнение и территориальный признак деятельности ОПГ:

- Обсуждая вопрос существования или несуществования ОПС «пичугинские», невозможно не затронуть вопрос: на какой, собственно, территории она вела свою преступную деятельность? По обвинению, организованное преступное сообщество вроде как действовало на всей территории Коми, а фактически получается, что за 25 лет его существования, согласно обвинению, ОПС отметилось только в трёх городах: Сыктывкаре, Усинске и почему-то в Котласе. В других населённых пунктах ОПС ничего противоправного, по обвинению, не совершало. Ни в Воркуте, ни в Ухте, ни даже в родном для части подсудимых Жешарте никакого криминала.

«Анархия – мать порядка»

Затем адвокат перешел к списочному составу группировки.

-Теперь давайте ещё раз, но уже внимательнее присмотримся к «кадровой политике» ОПС. Мне совершенно непонятен принцип, по которому обвинение назначало участников группировки Пичугина. Однако в тот момент мы ещё не изучили доказательства и конкретные факты. Теперь я вновь могу проанализировать список участников группировки, но уже со всеми козырями на руках. Люди разного возраста, социального статуса, мест жительства, сфер деятельности, национальности… Между ними нет практически ничего общего, кроме одного на всех обвинения. Конечно, трудно рассуждать о членстве конкретных людей в группировке, которой на самом деле не существовало, но раз обвинение вынуждает это делать, придётся заняться этим абсурдом. Обвинение ведёт разговор о некой иерархии криминального мира, его структурированности и дисциплине. Но само обвинение в течении всего процесса постоянно демонстрировало доказательства обратного.

Те, кого обвинение заявляло в качестве представителей криминального мира, элементарно не могли сойтись во мнении относительно узловых вопросов: что такое «общак» или «положенец», может ли вор в законе заводить семью или отбирать у людей жизнь, кто и когда был «смотрящим» и прочее. Мы в суде слышали «прослушки» с участием Вануйто.

Там что ни разговор то выяснение того, что и как считать правильным, а что неправильным, кого уважать, а кого не уважать. Это что — дисциплина? Просто попробуйте себе представить такие разговоры в любой более-менее централизованной организации — муниципальном органе власти, серьёзной коммерческой фирме, я уж не говорю о полиции или армии.

Как бы ни настаивала сторона обвинения на наличии жесткой дисциплины, мы видели прямо противоположное — анархию. Каждый творит, что хочет. Например, с точки зрения гособвинения, [заключивший досудебное соглашение Игорь] Пармон организовал убийство Замяткина, чтобы избавиться от конкурента на роль «смотрящего» за Котласом.

Можете представить себе такую ситуацию в армии, например, когда какой-нибудь прапорщик Сидоров убивает лейтенанта Петрова, чтобы самому стать командиром роты? Это что — дисциплина и единоначалие? А [покойный Рустам] Амонов — по обвинению — решил убить [подсудимого Хадиса] Азизова тоже в рамках служебно-криминальной дисциплины? – продолжал иронически защитник.

По его словам, сколько бы в суде ни изучались доказательства, представленные стороной обвинения, нет ни одного факта, что кто-то из подсудимых давал кому-либо указания и приказы.

- Странная ситуация и с членством. К руководству разных уровней группировки обвинение относит Пичугина, Карпова, Азизова, Бирлова, Тервонина, Вануйто, Кирсеева, Рохлина, Гузиева, Пармона. А в подчинении у них оказываются: Смольников, Солдатов, Сироткин, Абубакаров, Исаев, Попов, Насонов, Егоров, Эфендиев.

Замечательная криминальная армия — генералов больше чем рядовых. Ещё смешнее становится, когда мы попытаемся соотнести «должности» этих генералов с территорией, на которой они якобы имеют свои группировки и подчинённых им исполнителей. Вот возьмём того же Тервонина. По обвинению, он контролировал преступный мир Усинска. Так контролировал, что в подчинении у него был только он сам. Реально у нас больше никого из Усинска ни по обвинению, ни фактически нет. Были, правда, двое — один малолетний Р., перед которым отчитывались взрослые опытные мужики и звали решать вопрос: убивать [Олега] Токмачева или пусть живёт.

Ещё был какой-то засекреченный, который все видел, все слышал, но в итоге все перепутал. Правда, по обвинению получается, что в тервонинскую группировку и эти двое всё-таки не входили, поскольку в нашем деле они свидетели, а не подсудимые, – отметил защитник.

По его словам, так же «глухо» с подчинёнными у «смотрящего» за Жешартом Бирлова и у «смотрящего» за Котласом Сироткина.

- На Лесозаводе веселее. Там вообще не понятно, кто «смотрящий»: то ли Смольников, то ли Карпов, то ли одновременно друг другом командуют, то ли по очереди, вместе горбыль отнимают да карамельки на «общак» собирают. На уровне Сыктывкара вообще какая-то несуразица: то ли Вануйто главный — и как главный бегает по лагерям посылки и передачки развозит, — то ли Азизов Хадис, который ещё с 2016 года из Сыктывкара к себе в Пятигорск на ПМЖ уехал. Кирсеев и Рохлин тоже главные, правда непонятно, чем или кем они командуют, кто им подчиняется, – продолжал защитник.

25 лет деятельности

Защитник заметил, что часть подсудимых вообще друг друга не знала до этого дела, а некоторые знакомые вообще между собой враждовали и до сих пор враждуют.

- О вражде Абубакарова и Азизова Хадиса в зале суда не говорил разве что ленивый. Так можете оценить чувство юмора конвоя, постоянно сажающих Азизова и Абубакарова в одну клетку. А вот ещё вопрос: если Пичугину приписывают лидерство в преступном мире всего Коми, то где же территориальные подразделения «пичугинских» в Ухте, Эжве, Княжпогосте, Воркуте? Гособвинители в меру сил и возможностей пытаются нам называть некие имена неких якобы «смотрящих» в этих населённых пунктах, но я что-то не вижу этих людей на скамье подсудимых, – заявил адвокат.

Выступающий поставил вопрос: чем доказывается, что руководители ОПС отдавали какие-либо приказы рядовым участникам? И сам ответил:

- Ну как же: тем, что они были руководителями преступного сообщества. Ветер дует, потому что деревья качаются, деревья качаются потому, что ветер дует. Об убийстве Николаева мы поговорим отдельно, но что делать со всеми остальными 23-мя преступлениями, в которых обвиняется Пичугин? Вы можете вспомнить хоть одно доказательство того, что Пичугин отдавал какие-то распоряжения об их совершении, или хотя бы был в курсе этих преступлений? Не можете. Не можете потому, что таких фактов в реальности не было. Так же обстоит дело и с остальными так называемыми руководителями. Карпову вменили 15 эпизодов преступных деяний. Вануйто отмерили 9. Но в каждом из них описание роли Карпова и Вануйто свелась к общим, набившим оскомину фразам: «ведал и одобрял». Если нет никакого преступного сообщества, то не может быть и никаких материальных следов руководства этим сообществом. Проведенное судебное следствие это очень красноречиво подтвердило.

По выражению защитника, с «рядовыми исполнителями» в преступной группировке, о которой ведёт речь обвинение, ситуация обстоит не менее парадоксально.

- Напомню, по обвинению, группировка «пичугинских» существовала в период с 1992 по 2017 год. Двадцать пять лет. За это время, опять-таки согласно обвинению, через группировку прошёл 31 человек. Это только из числа типа-установленных, а ведь в обвинении фигурируют так же и неустановленные лица, – заявил защитник и стал в алфавитном порядке приводить всех подсудимых с обвинением и своим комментарием.

Павел Разнокидис

Источник: Компромат 2.0